Предложения ФРС по правилам регулирования банковского капитала будут значительно смягчены - первоначальный план B3 Endgame предполагал увеличение капитала на 20 %, но теперь эта цифра, скорее всего, будет вдвое меньше
Новость, которая показывает силу банковского лобби в США. ФРС для укрепления финстабильности и снижения системного риска предложил увеличить собственный капитал для банковского сектора. Но, банки такое требование сильно сократили, увеличение капитала било по их доходам.
Вспомнилась одна история, про то, что никогда не интересуйтесь прошлым своих кумиров.
Растущая инфляцию в США с конца 1960-х и усилилась в 1970, вызванная программами господдержки "Великое общество" Правительства США и Президента Линдона Джонсона и военными расходами (Вьетнам). Заставила ФРС принять меры по снижению инфляции конца 1970-х - начала 1980-х, повысить ставки. Что в итоге привело к рецессии в начале 1980-х гг. и началу кризиса S&L.
Увеличение ставки ФРС реализовало процентный риск для S&L, поскольку кредитные организации выдавали долгосрочные потребкредиты по фиксированным ставками, которые были ниже, чем резко поднятые ставки ФРС.
Банкиры предложили Рейгану решение вопроса рецессии, дерегулирование финансового рынка. S&L смогли инвестировать деньги вкладчиков в бизнес проекты, акции и облигации. Кредитовать рискованные проекты под высокую ставку. Что при отсутствии регулирования создало огромную массу мошенничеств со стороны S&L.
Одним из ярких случаев, было дело Чарльза Китинга. В 1984 Чарльз возглавил Lincoln Savings and Loan Association, крайне консервативную кредитную организацию, в основном выдавали ипотеку (~80% портфеля).
Чарльз, являясь председателем совета директоров компании по строительству жилья American Continental Corporation, купил Lincoln в феврале 1984 за $51 млн. Деньги были получены через операцию Майкла Милкена "junk bond", за свою Lincoln Savings and Loan Association, которая в то время имела отрицательную чистую стоимость более -$100 млн
Китинг уволил прежнее руководство и за следующие четыре года активы Lincoln выросли с $1,1 млрд до $5,5 млрд. Такой бурный рост привлек внимание регулятора, Федеральный совет банков домашнего кредита (FHLBB). В 1985 FHLBB начали копать инвестиции Lincoln S&L, Чарльз понимая что появились проблемы привлек пятерых сенаторов, в последствии пятерка Китинга, и попросил Алана Гриспена, тогда еще независимого экономиста, выступить за него.
Алан написал письмо в FHLBB где в ярких красках превозносил бизнес-планы и профессионализм Китинга, в заключении Гринспен написал, что Китингу можно смело доверять деньги вкладчиков.
В 1989 Lincoln S&L обанкротилась, более 21 000 вкладчиков потеряли свои сбережения. На момент конфискации 14 апреля 1989 Lincoln S&L был 42-м по величине сберегательным банком, активами в $5,4 млрд и депозитами в $4,4 млрд, с отрицательным капиталом -$305 млн.
Китинга посадили, но он просидел всего 4 года и его выпустили, пятерку лобистов из сената публично осудили, но они все досидели до своего срока. А Алан Гринспен, который за свое письмо в защиту Китинга заработал $40 тыс, получил должность руководителя SEC, пришел в черный понедельник.
С 1987 по 2006 Гринспен занимался дерегулированием финансового сектора. Возможно он один отцов-основателей кризисов которые изменили мир, крах доткомов и ипотечный кризис.