Ормуз, главный по значимости (~21 млн баррелей/день проходит через регион). Режим transit passage по UNCLOS, то есть прибрежные государства (Иран, Оман) не могут приостанавливать проход. Но Иран не ратифицировал UNCLOS, а только подписал.
Суэц, искусственный канал, отдельный правовой режим. Египет как суверенный оператор имеет право брать tolls (и берет). Не подпадает под UNCLOS-запрет на транзитные сборы. Риск уже реализовался: хуситы в Красном море/Баб-эль-Мандебе перенаправили трафик на мыс Доброй Надежды.
Баб-эль-Мандеб, "ворота" в Суэц с юга. Transit passage по UNCLOS. Именно здесь хуситы создали реальный disruption, превратив Cape of Good Hope из запасного маршрута в основной.
Панама, как и Суэц, искусственный канал с собственным договорным режимом. Панама берет tolls на законных основаниях. Ограничения связаны скорее с пропускной способностью и засухами, чем с геополитикой.
Малакка, transit passage, Малайзия/Индонезия/Сингапур не берут tolls, но периодически аргументируют, что страны-пользователи должны больше платить за безопасность и борьбу с пиратством.
Босфор/Дарданеллы, отдельный режим по Конвенции Монтре 1936 года. Турция полностью контролирует военный транзит и может ограничивать проход военных кораблей воюющих сторон (что и сделала после вторжения РФ в Украину). Коммерческий проход свободный, но Турция берет сборы за конкретные услуги. С июля 2025 подняли на 15%.
Датские проливы, свободный проход по Копенгагенской конвенции 1857 года, которая отменила исторические датские сборы. Но лоцманская проводка обязательна для судов с опасными грузами.
Северный морской путь, Россия в одностороннем порядке берет сборы за ледокольное сопровождение, навигационные разрешения и ледовую проводку. Юридическая база спорная, но физически без ледоколов не пройти.