«7-20-25» запущена в июле 2018 года, при ее старте объём кредитования был установлен в 1 трлн тенге, а ставка по кредиту 7%, при этом базовая ставка была 9,25 %. Возможно ошибкой было фиксация ставки кредитования на уровне 7%, сейчас кажется что правильнее было бы ее привязать к базовой ставке с каким-то понятным дисконтом.
«7-20-25» должна была завершится в 2023 год, освоение обьема кредитования в 1 трлн. тенге подходил к концу. Но по поручению Главы государства программу продолжили, установили ежегодный лимит – 100 млрд.тенге. Возможно ограничение объёма кредитования по 7-20-25 позволит банкам развивать свои рыночные ипотечные продукты.
Здесь нужно пояснить, с точки зрения Нацбанка печатание денег нужно прекращать, с точки зрения Аппарата Президента остановить разогнанный поезд льготных кредитов стоп-краном нельзя, ненефтяной дефицит бюджета окажется в разы больше, ситуация станет неуправляемой. Поэтому был достигнут консенсус в 100 млрд тенге.
Но, это зацепило экономических агентов, которые хотели участвовать в 7-20-25, дело в самом цикле программы. Человек давал аванс ~500 тыс тенге застройщику, шел в банк получал предварительное одобрение по 7-20-25, доплачивал аванс застройщику от 5 млн до 15 млн тенге (20%-50%) и ждал от 1 до 2 лет, когда застройщик введет жилье в эксплуатацию и по нему можно будет получить кредит.
И вот тут случился кризис, произошла рассинхронизация, денег (ассигнования) в 7-20-25 нет, а аванс уплачен. Застройщику все равно где покупатель будет брать деньги, более того согласно последнему AQR быстрой и срочной ликвидности и строительных компаний нет, они просто не смогут вернуть авансы. Ситуация крайне сложная, поэтому был достигнут консенсус по 100 млрд тенге.
В том, что государство должно помогать в улучшении жилищных условий своим гражданам, особенно социально уязвимым слоям, но нужно использовать адресные программы и через фискальные возможности, не печатая деньги, деньги должны приходить из налогов. Тогда у Правительства будет стимул развивать фискальную политику.
Что касается Национального Банка, регулятор не должен участвовать в кредитовании экономики. Были прецеденты, когда такое участие было необходимо. Например, во время пандемии была сложная ситуация, никто кроме городских сумасшедших не знал что будет дальше, поэтому Нацбанк участвовал в программах по стимулированию экономики.
Но это время прошло, поэтому регулятор должен поскорее свернуть свое участие. Кредитование посредством эмиссионного механизма может и будет иметь долгоиграющие негативные последствия, которые еще предстоит оценить. За что собственно я уважаю Галымжана Олжаевича: Нацбанк перестал печатать деньги.
Суммируя, если Нацбанк и Правительство не будут вести ответственную денежно-кредитную и фискальную политики, цены будут расти дальше, инфляция будет съедать наши доходы, сбережения будут обесцениваться.