В начале июля 2025 года администрация Дональда Трампа объявила о введении 25%-ной пошлины на импорт из Казахстана с 1 августа. Решение стало неожиданным шагом в отношении страны, которая занимает лишь 3% в товарообороте США и сама импортирует из Америки больше, чем экспортирует. По данным NYT, объём торговли между двумя странами в 2024 году составил всего $4,2 млрд: $2,2 млрд импорта и $2 млрд экспорта из Казахстана.
Несмотря на скромные цифры, США исторически остаются одним из крупнейших инвесторов в экономику Казахстана: совокупный объём прямых инвестиций превышает $62 млрд, хотя в 2023–2024 годах наблюдался спад. Около 30% нефтедобычи в стране приходится на американские компании. При этом Казахстан называл США стратегическим партнёром, о чём ещё в июне напоминал глава Комитета по инвестициям МИД РК.
В Министерстве торговли Казахстана уточнили, что пошлины затронут лишь около 5% экспорта, примерно на $95 млн, и не коснутся основных экспортных позиций вроде нефти, урана, ферросплавов и редкоземельных металлов. Однако в Белом доме уже допустили расширение тарифов. В частности, под потенциальный удар может попасть казахстанская медь, на которую Трамп уже анонсировал 50% ставку. В Чу-Сарысуйском бассейне страны, по оценке Геологической службы США, может находиться до 25 млн тонн меди.
Решение США загадка, на фоне того, что Казахстан единственная страна Центральной Азии в списке, обладает стратегически важными ресурсами и усиливает контакты с БРИКС. Несмотря на то что страна не планирует вступление в объединение, Трамп пригрозил пошлинами и тем, кто поддерживает коалицию.
На фоне падения фискальной устойчивости и растущего дефицита бюджета США, тарифная риторика Трампа приобретает характер системного инструмента внешнеэкономического давления. Казахстан оказался в зоне риска не по объёмам торговли, а по линии геоэкономического позиционирования, особенно как поставщик редких ресурсов, которые одновременно интересуют и Вашингтон, и Пекин.
На NYT в пятницу вышла замечательная статья про письмо Трампа Казахстану: новый виток тарифной политики Трампа в отношении Казахстана выглядит одновременно как бюрократический казус и как геоэкономическое самострельное ранение в ногу. В своей статье NYT справедливо выделяет два ключевых аспекта: во-первых, угроза поставкам казахстанской меди, ключевого металла для "зелёного перехода"; во-вторых, куда более важное, Казахстан попал под удар не из-за объемов торговли, а из-за своего стратегического положения: между Китаем и Россией, между Сциллой и Харибдой.
Но настоящее золото в комментариях к статье. Даже читатели NYT, далекие от республиканской повестки, не сдерживали сарказма, вот топ 5 самых смешных, и да, про Бората было много:
5. Боже, это слишком глупо, чтобы понять! Все шло в пользу США. Это противоречит целям по доступу к минеральным ресурсам вне Китая.
Похоже, какой-то child of DOGE, который и не знает, где Казахстан на карте, просто разослал шаблонное письмо. Трудно осознать масштаб будущих последствий и ущерба.
4. Вот что происходит, когда необученным подчинённым дают доступ к функции “объединения документов” в Word.
3. Виноват Саша Барон Коэн! Может, Трамп только что посмотрел "Бората" и решил, что это документалка?
2. Может, они должны предложить ему участок для отеля или купить ему самолет.
Казахстан должен отправить Бората на переговоры. Примерно такой уровень уважения заслуживает эта администрация.
Помимо иронии, есть и серьёзные наблюдения:
Суть ясна: попытка заставить Казахстан "отдать" редкоземы обернётся противоположным, сближением с Москвой и Пекином. США когда-то инвестировали в рыночные реформы в республике. Но процесс остался незавершенным. Теперь Китай завершит. А казахстанцы народ гордый: выглядеть можно и покорно, но стратегическая память вещь долгая.
нас ждут вайб финансисты и налоговые консультанты
WSJ poll: