В начале года рынок пребывал в эйфории: инвесторы закладывали в цены немедленное снижение налогов, дерегуляцию и лишь умеренные тарифы от Трампа. На этом фоне S&P устремился вверх, мультипликаторы доходили до 22x NTM P/E, а оптимизм по поводу роста корпоративной прибыли подпитывался надеждой на «легкую победу».
В марте наступил момент прозрения: вместо умеренности последовали агрессивные шаги по тарифам, которые воспринимались как готовность Трампа нанести экономический урон здесь и сейчас. S&P резко упал, особенно на фоне переоценённой AI-концентрации. Началась ротация: инвесторы искали убежище в немецких активах, еврозоне и Азии, фиксируя прибыль в США. DAX, EuroStoxx и HSI перехватили фокус, а Bund’ы стали новой защитной гаванью. Слабые опережающие индикаторы усилили уверенность в надвигающейся рецессии, S&P потерял 15% за 3 дня.
Поворот наступил в апреле. Сигналы деэскалации — Трамп не готов к глубокой экономической боли — и уверенность, что тарифный пик пройден, сняли основное давление. Big Tech реанимировали AI-тему, показав рост EPS на 30% г/г против 9% у остального рынка (S&P 493). Твердые макроданные остались сильными, а мягкие индикаторы развернулись от рецессионных уровней. Сценарий «hard landing» терял актуальность. Рынок начал закладывать восстановление экономики и прибыли в 2026, S&P ушёл на 5950, снова торгуясь по 22x NTM P/E, несмотря на низкий net leverage хедж-фондов (30-й перцентиль).
Сейчас главный вопрос — повторится ли прежний цикл. Если данные по занятости (NFP) за июнь–август разочаруют, рынок может скорректироваться к 5,500, открывая точку входа для фондов, не успевших в поезд. Но трактовка изменилась: «bad news» больше не страшны, так как инвесторы считают, что NFP ещё не отражают полной отмены тарифного удара. А «good news» снова становятся триггером для роста.