В начале года JPM ожидал, что мировая инфляция стабилизируется и станет более разной по странам, без общего глобального драйвера. Произошло обратное: инфляция ускорилась почти повсеместно, а прогнозы headline CPI на 2026 были повышены примерно на 1 п.п. Общие глобальные импульсы снова синхронно толкают цены вверх, как в 2021–23, хотя сами источники инфляции теперь другие.
Первый драйвер — энергетический шок после закрытия Ормузского пролива. Глобальный энергетический CPI растет на 16% ar с начала года и уже добавил 1,3 п.п. к мировой инфляции. Пока вторичные эффекты ограничены, но шок оказался стойким, затронул широкий круг товаров и ухудшил логистику: доставка дорожает, сроки поставок растут, что уже видно в PMI.
Второй драйвер — сильный спрос на товары, прежде всего tech. Глобальное производство растет, capex остается высоким, компании пополняют запасы. При сильном спросе бизнесу проще переносить выросшие издержки в конечные цены. AI-спрос на semis, серверы, память и дата-центры развернул tech CPI из дефляции 2023–25 в рост около 5% г/г. Даже Китай, ранее экспортировавший дефляцию, теперь дает обратный импульс: экспортные цены на EV, батареи и солнечные панели растут. Мировая торговля товарами больше не снижает инфляцию так, как раньше.
Третий драйвер — еда. Продовольственная инфляция пока остается низкой, около 2,2% ar, но цены на сельхозсырье уже растут. Дополнительные риски создают El Niño и засухи в Европе. Из-за длинных лагов текущая динамика продовольственных цен еще может не отражать накопившийся рост издержек.
Модель JPM предполагает ускорение глобальной core goods инфляции с 1,2% ar за прошлый год до 2,5% ar в ближайшие полгода. Общая товарная инфляция с учетом еды и энергии может достичь 3,5–4% ar, максимума более чем за три года.
Зарплаты замедляются, но спрос на услуги растет синхронно: сентябрьский flash PMI по услугам в развитых экономиках достиг максимума за четыре года. Pricing power компаний усиливается, а издержки растут не только из-за зарплат, но и из-за tech, энергии и транспорта.
США показывают, что снижение unit labor costs само по себе слабо тянет инфляцию услуг вниз, если бизнес сохраняет pricing power, а инфляционные ожидания остаются повышенными.
Одновременно рынки труда снова ужимаются. Экономика растет выше потенциала, компании возвращают планы найма, предложение рабочей силы остается слабым, а глобальная безработица снижается. JPM ожидает, что к концу года замедление зарплат прекратится.
Возвращение общего глобального инфляционного импульса повышает вероятность более синхронного ужесточения ДКП. Недавний hawkish разворот центробанков отражает более устойчивый рост, менее ограничительную, чем ожидалось, политику и пересмотр инфляционных прогнозов вверх из-за новых товарных шоков.