Съездил в Астану на Astana Finance Days. Ехал не столько ради самой программы, а она была хороша, сколько ради возможности за пару дней поговорить с людьми из рынка, регуляторов, инвесткомпаний и институтов развития. Поездка полностью себя оправдала. Спасибо команде МФЦА за приглашение, гостеприимство и отличную организацию. Два дня получились очень насыщенными. Вроде уже на BBG должно выйти интервью блэкроков записанное на полях форума AFD, что они там думают о себе, Казахстане и в целом. Должно быть интересно.
К делам. Экономисты ЦБ Австрии выпустили исследование где разбирались, что происходит, когда стейблкоины, обеспеченные госдолгом, выходят за пределы крипторынка и становятся обычным платежным средством. И выяснили то, о чем уже не раз говорили люди в жилетках потогония, USDT и USDC превращают трежери из актива в платежное средство. То есть частный эмитент берет государственный долг, «оборачивает» его токеном и выпускает обращающийся денежный суррогат.
Пользователь отдает эмитенту $100 и получает 100 USDT/USDC. Эмитент на эти $100 покупает T-bills. Доллары при этом не исчезают: они переходят продавцу трежери и возвращаются в финансовую систему. Но одновременно у пользователя остаются 100 токенов, которыми потенциально можно платить. В результате один и тот же базовый государственный долг начинает поддерживать дополнительную платежную способность. Блэк бокс под названием стэйблкоин становится частной монетизацией публичного долга, те частные деньги.
Tether и Circle «печатают доллары». Не базовые деньги ФРС, а частные платежные обязательства, обеспеченные госдолгом. Чем шире эти токены принимаются за товары и услуги, тем ближе они становятся к полноценным деньгам и тем сильнее растет совокупная платежная способность.
В чем разница? Ведь обычный фонд денежного рынка тоже держит трежери, но дело в том, что его пай сначала нужно продать и тогда можно получить банковские деньги. А вот стейблкоин можно тратить напрямую. Одинаковый актив на стороне резервов имеет совершенно разный денежный эффект в зависимости от того, можно ли обязательством эмитента непосредственно расплачиваться.
Согласно исследованию ЦБ полная «монетизация» облигаций повышает уровень цен на 15,4%. А если новый госдолг сразу попадает в такую систему, его вклад в платежную способность растет с 0,6 до 1,0 на единицу номинала: один и тот же дефицит становится в 5/3 раза «инфляционнее».
Пока USDT/USDC в основном используются внутри крипторынка, этот механизм для цен обычных товаров остается слабым, но если же они массово войдут в повседневные платежи, тогда это уже будет частная монетизация трежери в масштабе мировой экономики. И чем шире использование стейблов в расчетах, тем больше часть денежного предложения создается не ФРС и банками, а стейблкоин-эмитентами. Те правительство может обходить ЦБ