В публичной дискуссии по бюджету Казахстана стало слишком много текстов с заранее готовым негативным выводом. Цифры в них часто реальные, но выбираются только те, которые поддерживают тезис о провале налогово-бюджетной реформы. Причины могут быть разные: политическая позиция, борьба за внимание, слабое понимание бюджетной статистики или сознательная работа на ухудшение восприятия суверенного риска Казахстана, и это после поднятия кредитного рейтинга.
Для крупных финансовых структур такой негатив может быть выгоден. Расширение суверенных спредов, рост доходностей и снижение цены госбумаг позволяют заработать на позициях или зайти в долг дешевле. На мой взгляд, когда негативные выводы системно строятся на выборочных данных и спорных причинно-следственных связях, финансовый интерес становится во главе критики.
Давайте разбираться
НДС исполнен на 90,3%. Значит налоговая реформа провалилась?
Нет. 90,3% это исполнение относительно плана, который уже учитывал повышение ставки НДС до 16%. Фактические поступления НДС за январь-июль выросли примерно на 37% г/г. Если приводить только недобор к плану и не показывать рост поступлений, у обычных людей складывается искаженное представление о состоянии доходов бюджета.
КПН исполнен на 96,7%. Значит доходная часть бюджета не работает?
Нет. Поступления КПН выросли примерно на 24% г/г. Недобор нескольких процентов к плану сам по себе не доказывает провал реформы.
Годовой объем трансфертов из Нацфонда в бюджет полностью выбрали к концу августа?
Нет. За семь месяцев было перечислено порядка ₸2,3 трлн из предусмотренных на 2026 год ₸2,77 трлн, или примерно 83% годового объема трансфертов. Это высокий темп использования, но не полное исчерпание утвержденной на год суммы.
Устойчивость госфинансов ухудшается все три года?
Нет. Официальный прогноз предусматривает снижение общего и ненефтяного дефицита в 2028-2029 годах. Если считать этот прогноз слишком оптимистичным, спор должен идти о его реалистичности, а не о том, что улучшения вообще не предусмотрены.
Торговый профицит снижается. Значит тенге резко ослабнет?
Нет. Снижение профицита ухудшает внешний баланс, но курс зависит от нефти, импорта, репатриации прибыли, FDI, портфельных потоков, ставок и продаж валюты Нацфондом. Из одной строки торгового баланса нельзя вывести резкую девальвацию, если только задача не состоит в том, чтобы любой ценой создать у населения ожидание стремительного обесценения тенге.
Рост расходов означает дальнейшее падение реальных доходов?
Нет. Более мягкий бюджет может мешать снижению инфляции и держать ставки выше. Но реальные доходы зависят от зарплат, занятости и инфляции.
Чего греха таить РБ следующего года есть за что критиковать: ₸4,43 трлн трансфертов и ненефтяной дефицит 5,3% к ВВП плохо сочетаются с прежними намерениями более жесткой фискальной политики. Но для этого не нужно превращать 83% в 100%, игнорировать рост НДС на 37% и КПН на 24%, и обещать неизбежную девальвацию.
Если отдельной финансовой группе стало сложнее зарабатывать на госдолге или ее доходы снизились после ужесточения макропруда, это не означает, что бюджет плохой, а налоговая реформа провалилась.
Это означает только то, что старые способы зарабатывать больше не дают прежнего результата и бизнесу нужно адаптироваться к новым правилам
UPD Почтим память Долли Партон и послушаем один из лучших каверов ее песни Jolene от крестницы, Майли Сайрус