У Чехова есть меметичный рассказ «Беседа пьяного с трезвым чертом», пьяный чиновник за стаканом встречает черта, тоже чиновника, но уже адской канцелярии. И черт жалуется, что: «Пути добра нет уже, не с чего совращать,..люди и без чертей прекрасно справляются. Некоторые черти вообще ушли в люди, стали адвокатами и издателями газет». Написано в 1886 году, абсурдно, но мир с тех пор стал только страннее.
На этой неделе в Foreign Affairs вышла длинная статья об иранском энергетическом шоке, а когда там выходили короткие. Уважаемые люди переживают, что маленькие победоносные войны затягиваются и постепенно начинают напоминать окопные войны Первой мировой. Пока мировая экономика выдержала без глобальной рецессии, Ормуз должен был стать энергетическим кошмаром, но систему спасли резервы и обходные мощности.
На рынок активнее выходят новые и недоиспользованные продавцы. Канада продвигает расширение нефтяной и СПГ-инфраструктуры с выходом одновременно на Азию и Европу, Австралия и Малайзия получают больше долгосрочных контрактов на СПГ. Азия ускоряет диверсификацию от поставок из Персидского залива: наращивает запасы, ищет альтернативных поставщиков, расширяет переработку и возвращает в энергобаланс уголь. Индия, Южная Африка и страны ЮВА объявили о расширении коммерческих и стратегических запасов нефти и газа, Япония и Южная Корея ослабили ограничения на угольную генерацию.
Ученые мужи из Foreign Affairs считают, что хоть и первую фазу прошли гладко, но вот вторая фаза кризиса будет тяжелее первой, а нынешняя стабильность цен обманчива.
CSIS сделали анализ новых санкций. Штаты хотят make санкции great again, 7 августа Сенат США принял законопроект Линдси Грэма по России и Ирану. Сменяется подход, вместо прежней идеи универсальных 500% тарифов предлагаются пошлины до 100% против стран, закупающих значительные объемы российских энергоносителей.
В теории механизм должен заставить Китай и Индию либо сокращать закупки российской нефти, либо требовать за санкционный риск больший дисконт. В обоих случаях Россия получает меньше экспортной выручки...И снижается цена на нефть. Также усиливается работа с теневым флотом. США смогут учитывать санкционные решения Великобритании, ЕС, G7 и Five Eyes при введении собственных ограничений против судов.
Около 6 800 действующих санкционных ограничений предлагается закрепить законодательно. Инвестиционные запреты тоже должны перейти из президентских указов в закон. Быстро отменить их в рамках очередной политической сделки станет сложнее.
Что должно в итоге сильно ухудшить экономику России, по состоянию которой уже есть вопросы. Главный экономист ВЭБа Андрея Клепача в своем выступлении на Мосбирже в мае, за которое был уволен сегодня, сказал, что экономика РФ выживает, но затяжной конфликт означает нарастающее отставание. Рост ВВП в 2027 году он оценивает в 1–1,5%, а при сохранении войны, санкций, жесткой ДКП и бюджетной политики потенциал роста, по его оценке, ограничен 2–2,5% в год.
«В этой войне на истощение мы не выиграем конкуренцию. У нас есть иллюзия, что там все рухнет. Не рухнуло и не рухнет. У нас нарастают издержки...В какой-то сфере у нас есть результаты и прорыв, но в целом, на мой взгляд, мы проигрываем конкуренцию, а не выигрываем. Нарастают проблемы неравенства...Экономика выдержит, но может возникнуть социальный кризис, причем тогда, когда его никто особо не ожидает...Я верю, что Россия не развалится, но то, что мы придём к социальному кризису, я почти уверен. Экономически мы не рухнем, но и наше отставание будет нарастать со всеми вытекающими последствиями»
В целом, базовый консенсус среди экономистов в том, что современные экономики стали адаптивны и не рушатся одномоментно. Они перераспределяют ресурсы, сокращают потребление, наращивают военные расходы и используют резервы. О чем я и говорил на последнем ЧПД: экономика войны будет все больше отбирать ресурсы у мирной экономики. Но пока все тихо, спокойно, и протестует одна только немая статистика