Для Казахстана возвращение Китая на нефтяной рынок как раз кстати. При −8,9% по добыче нам сейчас особенно нужен внешний ценовой буфер.
Но падение нефтедобычи пока не превратилось в спад всей экономики. За январь-июль ВВП +4,1% при нефти −8,9% и газе −5,5%. Обработка +9,0%, транспорт и складирование +7,4%, с/х +5,0%, строительство +15,3%, торговля +5,9%.
Разговоры о кризисе всей экономики пока выглядят преждевременно. Проблемы есть, но распределены они очень неравномерно.
Внутри двух долго перегретых сегментов, жилищного строительства и розницы, признаки охлаждения действительно есть. Рост отраслей этому не противоречит: оборот может расти, пока маржа снижается, расчеты растягиваются, оборотка дорожает, конкуренция усиливается.
Перегрев розницы во многом был создан агрессивным потребкредитованием. Рассрочки и доступные займы позволяли расходам расти быстрее доходов. Теперь кредитный импульс замедляется, долговая нагрузка растет, регулирование становится жестче. Страннее было бы ожидать, что такой разгон продолжится бесконечно.
У стройки своя история перегрева. Но обе отрасли имеют огромный мультипликатор. За стройкой идут стройматериалы, мебель, техника, ремонт, перевозки. За торговлей - склады, доставка, такси, кафе, реклама и услуги. Ухудшение внутри двух больших сегментов быстро чувствуют компании далеко за их пределами.
Отсюда рассказы бизнеса о падении продаж, отсрочках уже не на две недели, а на полтора месяца, бартере квадратными метрами, росте конкуренции и закрытии филиалов.
Личные ощущения бизнеса важны, но это не вся экономика, а ее часть. Особенно если человек работает в торговле, строительстве или связанных с ними услугах.
Понятно и раздражение из-за того, что значительная часть господдержки много лет концентрировалась вокруг потребления, торговли и строительства. Эти отрасли быстро создают оборот и занятость, но гораздо хуже создают производительность и устойчивую налоговую базу. Значительная часть такой занятости низкопроизводительна, работники не успевают создавать накопления, поэтому любое охлаждение спроса почти сразу бьет по потреблению.
Я не обесцениваю рассказы предпринимателей о том, что денег стало меньше. Но из них нельзя автоматически делать вывод о кризисе всей экономики. Скорее становятся видны пределы модели, которая слишком долго опиралась на потребление, кредит и строительство.
Ликвидность банковской системы и доступность денег конкретному бизнесу тоже разные вещи. На 1 июля депозиты в БВУ составляли ₸50,1 трлн, высоколиквидные активы - ₸21,9 трлн, почти 30% активов. В банковской системе денег достаточно. У конкретного бизнеса может не хватать оборотки: при базовой ставке 16,75% деньги дороги, сроки расчетов растягиваются, замедление продаж ухудшает оборачиваемость.
Получается три разные вещи, которые часто смешивают: бизнесу в ряде отраслей стало тяжелее, экономика в целом пока растет, бюджету действительно стало хуже.
И последнее для меня гораздо серьезнее.
КТК объясняет, почему плохо может стать всей экономике.
Нефть для Казахстана - это налоги, Нацфонд, предложение валюты и бюджетные расходы внутри страны. Проблемы с экспортом через КТК бьют по всей цепочке и являются одной из причин недобора нефтяных и связанных с ними бюджетных доходов.
Есть некоторая ирония. Противники «нефтяной иглы», голландской болезни и ресурсной зависимости получили практический эксперимент по диверсификации экономики и теперь могут покрутить свой голландский штурвал.
Эксперимент показывает интересную вещь: экономика может расти без роста нефтедобычи, но бюджет пока не научился жить без нефтяных доходов.
Бюджет остается одним из основных каналов, через которые нефтяная рента превращается во внутренний спрос. Меньше нефтяных поступлений - меньше трансфертов, госзаказа, инфраструктуры и расходов регионов. Потом это доходит до подрядчиков, поставщиков, зарплат, торговли и услуг.
Резервы есть. Для этого Нацфонд и создавался. Но расходовать его так, будто следующий шок обязательно окажется слабее нынешнего, опрометчиво. Никто не знает, когда наступит самая темная часть ночи, после которой действительно будет рассвет.
Мне понятны противники налогово-бюджетной реформы. Рост налогов, ужесточение администрирования и пересмотр льгот особенно неприятны, когда деньги дорогие, а продажи замедляются.
Но если бы реформу снова отложили или вообще не начали, сегодня у нас были бы гораздо более серьезные проблемы.
При −8,9% по нефтедобыче, проблемах с КТК и недоборе нефтяных доходов бюджетный разрыв пришлось бы закрывать Нацфондом, долгом или сокращением расходов. Последнее означало бы меньше госзаказа, инфраструктуры, закупок, доходов подрядчиков и частного спроса ровно в тот момент, когда бизнес и так начал чувствовать охлаждение.
Налогово-бюджетная реформа сейчас держит экономику на плаву. Она не бесплатна для бизнеса, но альтернатива сегодня была бы намного хуже.
Все чаще при критике реформы вижу кривую Лаффера. Хорошо, что люди интересуются экономикой, плохо, что иногда дальше ответа ИИ не идут. Кривая Лаффера это буквально теория написанная на салфетке, и никто не знает где пик эффективности, после которого идет спад.
В общем, можно спорить о ставках, льготах, администрировании, распределении нагрузки и качестве расходов. Но одно дело критиковать конкретные решения внутри реформы, и совсем другое утверждать, что ее вообще не нужно было проводить. Конечно, для публичной критики это удобная позиция: охваты, лайки, признание, соль земли. Но счет за такой популизм в итоге выставят всем без исключения.
И теперь уже традиционно для тех, кто дочитал до конца: одно из лучших, на мой взгляд, исполнений Wayfaring Stranger. После Johnny Cash, конечно. Рекомендую послушать, да и фильм очень хорош ■