Сокращение потоков из Персидского залива означает более высокие цены. Эскалация на Ближнем Востоке и снижение потоков из региона до менее 45% довоенного уровня вновь подтолкнули нефть вверх. Кривая Brent сейчас немного выше наших прогнозов: $80/барр. в IV кв. 2026 г. и $75 в 2027 г. Прогноз предполагает деэскалацию в IV кв. 2026 г.
Риски роста цен. Основные риски: перебои в Ормузском проливе и, возможно, Красном море, а также повреждение энергетической инфраструктуры на Ближнем Востоке и в ходе войны России и Украины.
С начала войны трубопроводные поставки через Янбу к Красному морю выросли примерно на 5 млн б/с, превысив 6 млн б/с. Это частично компенсировало сокращение потоков через Ормуз.
Война с Ираном пока, вероятно, не нанесла значительного долгосрочного ущерба нефтедобывающим мощностям. Однако анализ пяти крупнейших прошлых шоков предложения показывает, что через пять лет добыча в затронутых странах в среднем снижалась на 42%.
Более низкие запасы при большей гибкости рынка. Brent может превысить $120/барр. в IV кв. 2026 г. и в среднем составить $100 в 2027 г., если перебои в Ормузе сохранятся до конца 2027 г. Сценарий предполагает полное восстановление добычи в странах Персидского залива только к дек. 2027 г. при расширении трубопроводной инфраструктуры.
Сокращение запасов более чем на 3 млн б/с во II кв. делает рынок более уязвимым, чем в феврале. Особенно низкими остаются запасы дизеля и стратегические нефтяные резервы ОЭСР. При этом мировые видимые запасы снизились лишь на 0,3 млн б/с г/г, а расчетный потенциал роста цен ниже оценок начала войны.
Это отражает более высокую эластичность спроса, способность ближневосточных производителей адаптировать поставки и большую терпимость рынка к низким запасам до момента, когда потребуется резкое сокращение спроса.
Китай помог стабилизировать рынок нефти. Снижение импортного спроса особенно заметно в Китае, где закупки сильно зависят от цены нефти.
Чистый морской импорт нефти Китаем в июне сократился на 4,7 млн б/с г/г. Причинами стали снижение загрузки НПЗ и спроса на нефтепродукты, а также переход от накопления запасов в 2025 г. к их расходованию после начала войны. Розничные продажи бензина снизились на 21% г/г, сокращение запасов нефти оценивается более чем в 1 млн б/с.
Импорт Китая может не восстановиться в ближайшее время, особенно при дальнейшем росте цен. Запасы нефти в стране оцениваются примерно в 2 млрд барр., а часть потребления может быть замещена углем и электроэнергией.
Хеджирование эскалации через дизель. Инвесторам и потребителям, хеджирующим продолжительные геополитические риски на Ближнем Востоке и в России, мы рекомендуем длинную позицию в календарном спреде европейского дизеля дек.26–мар.27.
Спред сохраняет потенциал роста: рынок был дефицитным еще до войны с Ираном и сильно зависит от перебоев на российских и ближневосточных НПЗ.
Дизель предпочтительнее нефти. Еще до войны загрузка НПЗ была высокой, а запасы дизеля низкими. Простои российских НПЗ почти на 5 млн б/с могут сохранить чистый экспорт дизеля из России на крайне низком уровне.
Дизель предпочтительнее бензина. Перебои на российских НПЗ сильнее влияют на дизель. Его маржа быстрее растет при низких запасах, спрос менее чувствителен к цене, а сезонный пик приходится на IV кв.
Европа предпочтительнее США. Маржа американских НПЗ может снизиться при введении экспортных пошлин или смягчении требований RVO. В Европе сохраняется риск роста издержек из-за более высоких цен на газ TTF.