Brent вернулась ниже $75 за баррель, примерно к довоенным уровням, но бензин, дизель и авиакеросин по-прежнему торгуются так, будто нефть стоит выше $100.
Причина - дефицит нефтеперерабатывающих мощностей. За последние два месяца Украина атаковала 19 российских НПЗ общей мощностью около 4,9 млн барр./сутки, или 70% мощностей страны. Некоторые заводы подвергались ударам до четырех раз. По отраслевым оценкам, доступные мощности по выпуску дизеля сократились примерно на треть, также снизилось производство бензина и авиакеросина.
Россия ограничила экспорт нефтепродуктов и, по сообщениям рынка, начала закупать топливо в Китае и Индии. Одновременно нефть, которую невозможно переработать внутри страны, поступает на экспорт. В результате предложение сырой нефти растет, сдерживая Brent, тогда как дефицит топлива поддерживает цены на нефтепродукты.
Проблему усугубляют неполное восстановление переработки на Ближнем Востоке, сокращение китайского экспорта топлива и продажи нефти из стратегических резервов США. Дополнительное сырье снижает цену WTI, но не увеличивает выпуск бензина и дизеля.
Сейчас, по отраслевым оценкам, не работает около 8 млн барр./сутки, или почти 10% мировых перерабатывающих мощностей. Это больше совокупного потребления топлива Франции, Германии, Италии, Испании и Великобритании.
Маржа переработки 3-2-1 выросла примерно до рекордных $60 за баррель. В 1985-2021 годах ее среднее значение составляло около $10,5, а в период высокой доходности НПЗ в 2004-2008 годах показатель не превышал $30.
Чем дольше мировые перерабатывающие мощности остаются ограниченными, тем дольше бензин и дизель будут оставаться дорогими, даже если нефть останется дешевой
Для инфляции важнее не цена нефти, а стоимость конечного топлива. Поэтому снижение Brent пока не означает ослабления энергетического инфляционного импульса.