В воскресенье мы достигли соглашения с Ираном, которое решает все, чего мы хотели добиться, — все и даже намного больше. Прекращение текущего конфликта, открытие Ормузского пролива и недопущение получения Ираном ядерного оружия — вот в чем была суть. Это было примерно 99%. У Ирана не может быть ядерного оружия. Они не могут его разрабатывать, покупать, у них никогда не может быть ядерного оружия.
В то же время, после этого объявления или почти сразу перед ним, когда люди начали понимать, что это может случиться, потому что Иран делал очень позитивные заявления, фондовый рынок взлетел до рекордных максимумов, прибавив тысячи пунктов за очень короткий период времени, тысячи пунктов.
И нефть падает так, как никогда раньше не падала, на уровни, где снижение было на $7, на $8. Они никогда не видели ничего подобного. Но если бы мы не заключили это соглашение, мы могли бы продолжать сбрасывать бомбы еще три недели, две недели, четыре недели, два года. Ормузский пролив никогда бы не был открыт.
У вас никогда не было бы успеха. Ваш рынок, вместо того чтобы расти темпами, которых никто никогда раньше не видел, падал бы так, как никто никогда раньше не видел, может быть, за исключением 1929 года или чего-то такого. И, знаете, все эти крутые парни, крутые парни не понимают, что это не было соглашение на три месяца, это готовилось годами.
Знаете почему? Потому что я был тем, кто убил генерала Сулеймани. Если бы я не убил генерала Сулеймани, мы, наверное, сейчас вообще не говорили бы об этом соглашении, потому что он был безумным гением…
Последние два дня дали нам возможность обсудить детали этого исторического соглашения со многими нашими ближайшими друзьями и союзниками, включая страны G7… Они в восторге от того, что мы заключили соглашение, каждый из них.
Не было ни одной страны, которая пришла бы к нам и сказала: пожалуйста, сэр, продолжайте сбрасывать на них бомбы… Но я рад сообщить — и, кстати, последние два дня были жесткими. Бомб на $200 млн…
Если бы вы продолжили это, такое могло бы произойти. Но все, что я знаю: каждый раз, когда мы говорили о возможности мира, фондовый рынок взлетал как ракета…
Я не хотел видеть экономическую катастрофу… У нас резервы закончатся примерно через четыре недели. Знаете, резервы есть по всему миру. Но у нас они действительно закончатся. И наступит момент.. Хотите увидеть хаос?