рынок нефти верит в скорое открытие Ормуза, но физический дефицит уже начался
Интервьюер: Почему нефть стоит $90–100, а не ближе к $200, если этот пролив закрыт уже три месяца?
Майк Вирт, CEO Chevron: Знаете, это немного трудно объяснить. Мы действительно видим, что рынки становятся жестче, запасы сокращаются, а спрос на нефтепродукты по всему миру остается очень сильным.
Думаю, есть убеждение, и мы снова видели это в последние несколько дней, что конец уже близко, конфликт почти урегулирован, и потоки через пролив очень быстро восстановятся. Именно это удерживало дальний конец кривой ниже, чем он мог бы быть в иной ситуации.
Мне кажется, рыночная психология сейчас строится на том, что это ближе к завершению, чем к началу.
Интервьюер: А что с физическим рынком? Когда запасы достигнут самого нижнего уровня?
Майк Вирт: Довольно скоро. Мы стабильно сокращаем запасы нефти и нефтепродуктов в разных регионах мира. Думаю, июнь и июль станут критическими месяцами, и вы можете увидеть траекторию этих запасов в данных. Это вызывает беспокойство.
Интервьюер: Вы сейчас видите физический дефицит где-либо в мире?
Майк Вирт: Да. На некоторых азиатских рынках уже есть нормирование, корректировка рабочих недель и другие меры по ограничению спроса в отдельных странах Азии.