Рынки могут зайти в тупик в зависимости от того, как будут развиваться закулисные переговоры. Ключевая задача, отвязать валютные курсы от масштабных потоков капитала, которые обычно доминируют в регионе. Южнокорейская вона (KRW) выглядит готовой к опережающей динамике относительно аналогов или даже в абсолюте после того, как ранее сильно пострадала на фоне оттока средств на офшорные рынки. В последние недели этот процесс фактически остановился. Национальная пенсионная служба Южной Кореи расширяет валютное хеджирование, чтобы поддержать вону.
Тайваньский доллар (TWD) также выглядит интересно, фундаментально его поддерживают сильные торговый баланс и текущий счет. Долгосрочные инвесторы на Тайване в последние кварталы снижали долю валютного хеджирования.
По тайскому бату (THB) и филиппинскому песо (PHP) позиция остается нейтральной. Оффшорный юань (CNH) рассматривается как инструмент постепенной торговли, слабо связанный с глобальными рынками. Малайзийский ринггит (MYR) и индонезийская рупия (IDR) могут использоваться как валюты фондирования для сделок против укрепляющихся валют.
Индийская рупия (INR) может еще ослабнуть, преждевременные покупки на укрепление выглядят поспешными, а притоки капитала могут так и не реализоваться.
Полное открытие Ормузского пролива вероятно приведет к укреплению валют, однако условия пока не позволяют агрессивно шортить доллар. Сейчас подходящее время для точечных входов, но не для значительного увеличения риска. Подтверждение тренда будет критично, а нормализация цепочек поставок может создать дополнительную поддержку через экспорт и текущие счета. На данном этапе часть рисков, связанных с потоками капитала, рынок, возможно, недооценивает.
С точки зрения оценки, доходности уже выросли до уровней, на которых рынок готов их принимать. Но если перебои сохранятся дольше или усилятся блокировки, фактическое ужесточение денежно-кредитной политики может все же состояться