**JP Morgan: Шок предложения нефти ~16 млн б/с сейчас, даже с компенсацией дефицит к апрелю составит ~10 млн б/с
**
Моделирование войны вокруг Ормуза не имеет прямого аналога, ключевая неопределенность, длительность. Даже окончание боевых действий не гарантирует восстановление потоков, поэтому срок дефицита непредсказуем. При этом структура шока ясна, объемы под риском, возможности обхода, резервы и политика поддаются оценке.
Сейчас Иран остается единственным экспортером через пролив, ~1,8 млн б/с при ограниченном пропуске танкеров. Основные потоки региона парализованы, около 16 млн б/с выпали с рынка. Частичная компенсация, Саудовская Аравия увеличила западные поставки на ~2,5 млн б/с до ~3,3 млн б/с через Янбу, ОАЭ добавили ~0,5 млн б/с до ~1,6 млн б/с через Фуджейру, но вне этих маршрутов экспорт остается ограниченным.
К апрелю Иран сохраняет текущие объемы. Саудовская Аравия может увеличить потоки еще на ~1,5 млн б/с до ~4,7 млн б/с при улучшении загрузки трубопроводов и стабильности маршрутов, что все равно ниже мощности East-West ~7 млн б/с. Потенциал ОАЭ практически исчерпан.
Политика становится ключевым фактором. Координация США и МЭА дает ~1,2 млн б/с нефти плюс ~0,9 млн б/с нефтепродуктов из резервов. Азия уже испытывает дефицит, особенно Юго-Восточная, где страны могут использовать ~129 млн баррелей запасов, около 1 млн б/с на несколько месяцев. Китай выступает буфером и может высвободить 0,5–1,0 млн б/с, но приоритет, сохранение резервов, поэтому действия будут постепенными.
Плавучие запасы, Иран ~38 млн баррелей, Россия ~17 млн баррелей, дадут около 0,5 млн б/с. Смягчение санкций ограниченно влияет на физическое предложение, но может расширить участие НПЗ в Китае и Индии.
Даже при полной реакции дефицит остается около 10 млн б/с. Единственный механизм балансировки, рост цен и сжатие спроса. Уже происходит сокращение переработки, падение выпуска нефтепродуктов и снижение конечного спроса. Шок концентрируется в нафте, LPG и авиационном топливе, ~5% мощностей по этилену остановлены в Японии, Южной Корее и Китае. Авиация уязвима, топливо >20% затрат, сокращаются маршруты. Бензин и дизель частично регулируются мерами, но дефицит дизеля ограничивает транспорт, строительство и сельское хозяйство.