В январской статистике по доходам бюджета РК возник разрыв между планом и фактом по НДС, что было интерпретировано как «обратный эффект» повышения ставки.
При этом речь идет о кассовых поступлениях начала года, значительная часть которых отражает операции прошлого года, а годовые декларации по бизнесу еще не сданы, окончательная база по НДС и КПН не закрыта. Одновременно по другим налогам, включая корпоративный подоходный, динамика выглядит устойчивой, что не подтверждает картину резкого фискального обвала.
К чему алармизм, ведь мы имеем дело с проблемой временного лага и неполной информации. Январские кассовые данные не равны годовому налоговому обязательству, а интерпретация промежуточного недобора как структурного провала создает риск ошибки вывода.
В условиях бюджетного дефицита и высокой прибыли отдельных секторов, например БВУ получили 2.7 трлн прибыли до выплаты КПН, что равно 10% всех доходов РБ, начинается конкуренция за интерпретацию причин.
Финансовый сектор и аффилированные аналитические структуры объективно заинтересованы в том, чтобы закрепить фокус на фискальной политике, прежде всего на НДС, как социально чувствительной теме, а не на вопросе перераспределения сверхдоходов или возможного повышения налоговой нагрузки на банки.
Таким образом формируется защитный нарратив, который смещает ответственность на параметры налоговой реформы и снижает вероятность обсуждения изъятий из наиболее прибыльных отраслей