Джастин Лин, руководитель серии open-source моделей Qwen в Alibaba Group, оценил вероятность того, что какая-либо китайская компания за счет фундаментальных прорывов перепрыгнет таких игроков, как OpenAI и Anthropic, менее чем в 20% в горизонте ближайших трех–пяти лет. Его осторожную позицию разделили коллеги из Tencent Holdings, а также из Zhipu AI, которая на этой неделе стала одним из лидеров среди китайских разработчиков large language models по выходу на публичный рынок.
«Огромный объем compute у OpenAI направлен на исследования следующего поколения, тогда как мы работаем на пределе — одно лишь выполнение текущих обязательств по поставкам съедает большую часть наших ресурсов», — сказал Лин во время панели на саммите AGI-Next summit в Пекине в субботу. «Это извечный вопрос: где рождаются инновации — в руках богатых или бедных?»
Мероприятие, соорганизованное Zhipu и Tsinghua University, прошло после недавних рыночных дебютов, в рамках которых Zhipu и шанхайская MiniMax Group суммарно привлекли более $1 млрд. Акции MiniMax более чем удвоились в день дебюта в пятницу, тогда как бумаги Zhipu выросли на 36% с момента выхода на рынок днем ранее.
«Мы только что выпустили несколько open-source моделей, и у кого-то может возникнуть ощущение воодушевления — мол, китайские модели обогнали США», — сказал Тан. «Но реальный ответ в том, что разрыв, возможно, на самом деле расширяется».
У OpenAI огромный запас compute, и значительная его часть не зарабатывает деньги «здесь и сейчас», а уходит на R&D следующего поколения моделей. Это compute, который не нужен для обслуживания текущих клиентов, inference, API, контрактов и т.д., а именно для экспериментов, архитектурных прорывов, масштабных тренировок “на вырост”.
У китайских компаний ситуация противоположная. Их compute почти полностью съедается операционкой: чтобы просто выполнить обязательства перед клиентами, партнерами и госзаказчиками, поддерживать уже выпущенные модели, inference, fine-tuning под заказчиков. На фундаментальные эксперименты ресурса почти не остаётся. “We are stretched thin” — буквально «мы растянуты до предела».