• Доступ к технологиям не сократит разрыв в производительности между богатыми и бедными странами
• Экономики адаптируются: богатые усиливают дефицитный труд, а бедные дефицитный капитал.
• В промышленности технологии помогают развивающимся странам сократить отставание, но в финансовом секторе лишь увеличивают отрыв лидеров
Почему мы все еще бедны?
Один из главных вопросов современной макроэкономики звучит обезоруживающе просто: почему рабочий в США производит в 70 раз больше продукции, чем его коллега в Бурунди? Даже Китай и Индия, несмотря на свой бурный рост, достигают лишь одной пятой и одной седьмой от американской производительности соответственно.
Традиционный ответ, опирается на классическую модель Кобба-Дугласа: дело в технологиях. Считается, что если бы мы устранили технологические барьеры и дали условному фермеру в Индии доступ к тем же инновациям, что и агрохолдингу в Айове, глобальное неравенство сократилось бы на треть или даже наполовину.
Исследование Яна Тренчека и Константина Вакера ставит этот тезис под сомнение. Их анализ показывает, что даже если дать всем странам мира доступ к одинаковому меню технологий, разрыв в богатстве не исчезнет. Проблема кроется не в отсутствии софта, а в структуре самого производства.
Ловушка нейтральных технологий
Главная ошибка стандартных моделей развития это представление о том, что технологии нейтральны. Экономисты привыкли считать, что прогресс одинаково полезен и для капитала (станков, роботов), и для труда людей. В этой идеальной вселенной любая страна, получив доступ к передовой технологии, немедленно внедрит ее и выиграет.
В реальности технологии имеют факторный перекос (factor-bias). Капиталобедный фермер в развивающейся стране вряд ли внедрит искусственный интеллект или 5G, даже если они будут ему доступны бесплатно. Почему? Потому что эти технологии требуют огромного сопутствующего капитала, которого у него нет.
Исследователи заменили устаревшую модель Кобба-Дугласа на более гибкую структуру CES (функция с постоянной эластичностью замещения). Это позволило увидеть реальную картину: капитал и труд это не взаимозаменяемые элементы, а комплементарные (дополняющие друг друга) партнеры. Эластичность замещения между ними составляет всего 0.4–0.6, а не единицу, как принято считать. Это означает, что просто заменить людей машинами сложнее, чем кажется.
Меню технологий: каждый берет свое
Исследование показывает парадоксальный результат: если открыть это меню для всех, глобальное неравенство в производительности... не изменится вообще.Причина в рациональном выборе:
• Богатые страны (много капитала, мало труда): Они выбирают технологии, которые усиливают эффективность человеческого труда. Им нужно, чтобы их редкий и дорогой персонал работал эффективнее
• Бедные страны (много труда, мало капитала): Они выбирают технологии, которые выжимают максимум из их скудного оборудования. Им нужно компенсировать нехватку машин.
В итоге, получив доступ к лучшим мировым практикам, и США, и Индия станут эффективнее, но каждый в своем направлении. Обе группы стран сделают шаг вперед, но дистанция между ними сохранится. График распределения доходов просто сдвинется вправо, не сужаясь. Технологии не являются «великим уравнителем», потому что страны используют их для решения принципиально разных задач.
Что это значит для стратегии развития?
Идея о том, что можно «перепрыгнуть» этапы развития, просто импортировав передовые технологии (смартфоны, блокчейн, SaaS-решения), оказывается мифом. Поскольку капитал и труд являются жесткими комплементами (дополняют друг друга), невозможно добиться роста производительности только за счет софта или ноу-хау.
Без физического накопления капитала: строительства инфраструктуры, закупки оборудования, насыщения экономики реальными активами, технологический трансфер не сработает. Только когда у страны будет достаточно станков и дорог, передовые технологии станут для нее подходящими