АРРФР представило первый отчет о том, как климатические риски способны повлиять на устойчивость банковского сектора Казахстана. Климатическая повестка перестает быть абстрактной и напрямую затрагивает кредитные портфели, экспорт и макропоказатели страны.
Сегодня Центральная Азия нагревается в два раза быстрее, чем планета в целом. Для Казахстана рост температуры уже достиг +2,5°C относительно доиндустриального уровня, а к концу века он может превысить +4,5°C. Это значит, что климатические катаклизмы и физические риски будут усиливаться, а значит, повышается нагрузка и на финансовую систему.
При этом Казахстан остается страной с одной из самых углеродоемких экономик в мире: около 14 тонн CO2 на человека ежегодно, что втрое выше среднемирового показателя. Несмотря на заявленную стратегию углеродной нейтральности к 2060 году, при текущем темпе сокращений страна рискует выйти на этот уровень лишь к 2088 году.
Экспортная модель также делает экономику уязвимой. Более 40% поставок идет в ЕС, где уже действует механизм CBAM. Это означает, что начиная с 2026 года импортеры будут обязаны платить за углеродные сертификаты. По прогнозам, их цена к 2050 году вырастет до €239 за тонну. Для Казахстана это прямой риск снижения конкурентоспособности нефти, металлов и химической продукции.
Еще один фактор давления, падение спроса на нефть. ЕС планирует его сокращение уже к 2030 году, Китай к 2050 году. Сектор транспорта, на который приходится почти половина потребления нефти в Европе, быстро переходит на электромобили. К 2023 году доля электротранспорта в мировых продажах достигла 18% и продолжает расти.
Для банков последствия также становятся ощутимыми. В стрессовом сценарии коэффициент достаточности капитала по 11 крупнейшим банкам, на долю которых приходится 85% активов сектора, снизился с 17,4% до 14,2%. Давление идет в первую очередь от кредитного и рыночного риска. Вероятность дефолта по корпоративным займам подросла с 6,1% до 6,2%, но особенно уязвимыми оказались сегменты малого бизнеса и потребительских займов, где рост PD превысил 5–8 п.п.
Анализ отраслевых портфелей показал, что строительство и обрабатывающая промышленность сильнее других подвержены климатическим шокам: провизии выросли на 1538% и 568% соответственно.
Вклад транспорта и складирования оказался еще выше, рост на 2015%. Эти сектора нуждаются в трансформации бизнес-моделей, иначе риски для банковских балансов будут накапливаться.
Макроэкономическая часть стресс-теста также не оставляет оптимизма. При реализации стресс-сценария добыча нефти может сократиться с 90 млн тонн в 2023 году до 81 млн тонн к 2026 году, а курс USD/KZT ослабнет в диапазон 510–605 за доллар. Это подтверждает, что климатическая повестка способна напрямую влиять на макроэкономическую устойчивость страны.
Национальная система торговли квотами уже охватывает электроэнергетику, нефтегаз, металлургию и химию. Порог для регулирования установлен на уровне 20 тысяч тонн CO₂. Квоты постепенно сокращаются: в электроэнергетике их объем снизится до 92 млн тонн в 2025 году. Но этих мер недостаточно, если учитывать растущее давление со стороны партнеров.
Казахстан включен в число стран, которые будут оказывать наибольшее сопротивление внедрению CBAM, наряду с Россией, Китаем и Индией. Это означает не только торговые споры, но и необходимость активных переговоров с ЕС о смягчении правил.
климатические риски перестали быть «внешними». Они напрямую входят в финансовую систему через капитал банков, экспортные доходы и устойчивость заемщиков. Для Казахстана это означает необходимость заранее перестраивать кредитную политику, поддерживать низкоуглеродные технологии и диверсифицировать экспортные рынки. Только так можно смягчить удар от падения спроса на нефть и роста углеродных пошлин, сохранив конкурентоспособность и финансовую стабильность страны